Иностранным ЛГБТ-беженцам в России не сладко


    Фото: OZAN KOSE, AFP

    По информации Комитета "Гражданское содействие", в 2018 году беженцами в России признали только 30 человек. Это новый антирекорд российской миграционной службы. В 2017 году удостоверение беженца получили 33 человека, а в 2016 – 39 человек. По итогам 2018 года в очередной раз резко сократилось общее количество зарегистрированных свидетельств о временном убежище в России – с 125 тысяч до 76 тысяч, то есть почти на 40%. Эти цифры не отражают реальную проблему. Так, среди получивших признание беженцами ни в 2016, ни в 2017, ни в 2018 годах не было ни одного представителя ЛГБТ-сообщества.

    Тем не менее, геи в Россию приезжают и обращаются в миграционные органы, где для них начинается настоящий ад. Об этом мы подробно расскажем чуть ниже, опубликовав аналитическую записку старшего юриста правозащитной ЛГБТ-инициативной группы "Стимул" Антона Рыжова. Благотворительный фонд "Радуга" и инициативная ЛГБТ-группа "Стимул" сотрудничают с Комитетом "Гражданское содействие" и Представительством Управления Верховного Комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН) в России. ЛГБТ-людям предоставляется крыша над головой и минимальная материальная поддержка на срок 3 месяца. Иностранные ЛГБТ-беженцы направляются в Благотворительный фонд "Радуга" партнерскими организациями для оказания социальной помощи, а юридическую поддержку осуществляют юристы "Стимула". 

    Несколько историй, которые не оставят вас равнодушными.

     
     На фото: Николай Ю.
    Из всех, кто проживает в шелтере Благотворительного фонда "Радуга", а их восемь человек - это граждане Нигерии, Камеруна, Палестины, Судана и Узбекистана - только один  был готов открыть свое лицо и подробно рассказать о своей истории. Николай родился в Ташкенте, ему 28 лет, с раннего возраста начал работать и мотался между Узбекистаном, Кыргызстаном и Россией. По ряду дискриминирующих в Узбекистане обстоятельств он со своим партнером обратился в Представительство УВКБ ООН в Кыргызстане как беженец, где его поставили на учет. Так как работа была связана с Россией, Николай большую часть времени проводил за пределами Кыргызстана. 

    - Я мотался между Бишкеком и Москвой, - рассказывает Николай - а мой парень находился в Бишкеке. И история нашего разлучения произошла по тем же причинам, что в сказке про мальчика и волков (если интерпретировать мою историю в этом ключе). Мы ожидали выезда в США, и несколько раз мой парень звал меня срочно прилететь в Бишкек, так как нас будут вывозить. Но я приезжал очередной раз, а о выезде не было речи. И один из таких звонков я проигнорировал. Так мой парень оказался в США, а я остался между Кыргызстаном и Россией. Сейчас Олег уже владелец Гринкард, а я все еще нахожусь в России.

    В 2017 году Николай был переведен на учет из Представительства УВКБ ООН в Кыргызстане в российское представительство. В Москве начались неприятности с полицией, так как он находился больше положенного срока и в один несчастливый день его задержала полиция, отняла документы и направила в суд для решения вопроса о принудительном контролируемом выдворении из России с помещением в Центр временного содержания иностранных граждан (ЦВСИГ). В день суда Николай сбежал из здания суда, оставшись без документов. Так возникла еще одна проблема: без документов нельзя вылететь из России, в полицейских базах он числился как лицо, в отношении которого должно быть применено административное выдворение. Николай - парень отчаянный, дважды сбегал из полицейских участков.

    Чем опасно быть без документов беженцу из другой страны? 18 ноября 2018 года, в день своего рождения, он был избит неизвестными на гомофобной почве (тогда он носил длинные волосы). Человек с документами обратился бы в правоохранительные органы, однако такое обращение в полицию для него чревато административным выдворением. Для полиции он - отличная мишень.
       
    Ведь гораздо проще возбудить против избитого парня административное дело, чем расследовать дело об избиении и  искать злоумышленников. Но если вы думаете, что отсутствие документов просто не позволяет обратиться за помощью в полицию - и всё, то глубоко ошибаетесь. В этой истории главным хейтером, насильником и грабителем становится именно полиция. Дважды Николая жестоко избивали полицейские.

       
    Первый раз после избиений вымогали деньги, а второй, который произошел вечером 4 мая 2019 года, патруль ППС его ограбил, отняв последние деньги. Причем это произошло рядом с домом, где он живет. Полицейские схватили его при входе в подъезд и отвезя в тихое место, вывернули карманы. При этом соседи парня слышали, как полицейский угрожал ему физической расправой. Будучи бесправным мигрантом вы пойдете искать помощь у полиции после этой истории? 

    Николай с июня прошлого года в ожидании приглашения Международной организации по миграции (МОМ) на собеседование для выезда из России в США. Однако в сентябре МОМ покинула Россию, оставив только медицинский отдел. Таким образом, Николай в подвешенном состоянии длительное время. При отсутствии каких-либо документов единственным шансом остается его выезд по линии Международного Комитета Красного Креста в безопасную для него страну. Хотя ребята из Стимула и Радуги это называют "экстренной эвакуацией". Это словосочетание в полной мере отражает ту беспомощность и отчаяние, которые испытывает Николай. И ту беспомощность, котрую испытывают люди, работающие с ЛГБТ-мигрантами. Сотрудники Представительства УВКБ ООН в России в неформальной беседе рекомендовали искать любые пути и контакты с посольствами с целью вывезти из одуревшей России не только Николая, но и других ЛГБТ-беженцев, находящихся на попечении Благотворительного фонда "Радуга" и Стимула.

    История другого беженца-гея из Узбекистана не менее драматична. Рустам приехал в Москву из Узбекистана учиться на платной основе в Институте туризма и гостеприимства. Ему 21 год.  Оформил патент, работал, зарабатывая на учебу и жизнь. При переоформлении патента при проведении очередного медицинского обследования у него выявлена ВИЧ-инфекция. Добрая матушка-Россия подсовывает Рустаму бумагу, в которой говорится о том, что тот должен покинуть Россию по причине носительства ВИЧ. В Узбекистане его никто не ждет, родителей он потерял, а тетка ненавидит его за гомосексуальность и выгнала из дома еще несколько лет назад. Антиретровирусную терапию Россия таким людям не предоставляет. В Узбекистане знают о его гомосексуальности (уголовная статья в Узбекистане за гомосексуальные контакты еще осталась). Сейчас силами ВИЧ-сервисных организаций Рустаму предоставлена антиретровирусная терапия. Однако обратной дороги в Узбекистан у него нет. Российские миграционные власти в предоставлении убежища отказали.

    Трансгендерам в России тоже нет места. Особенно если этот человек из Алжира. Саад переход MtF осуществила не до конца. Требуется продолжение гормональной терапии и ряд хирургических операций. Рязанские миграционные службы сделали всё, чтобы выдавить ее из города. Пожалуй, история Саад - единственная счастливая для фонда "Радуга" и конечно, для нее самой за последний год. Она смогла попасть на борт самолета Москва - Париж (естественно, не Аэрофлота) и с транзитным билетом в Алжир сдалась властям во Франции. Ей помог случай, причем в этой истории это даже не просто случай, а цепочка невероятных событий. Саад прилетела в Париж и обратилась к первому попавшемуся сотруднику правоохранительных органов. Он оказался геем. Она кратко рассказала ему свою историю. Тот спросил, откуда она летит. Саад ответила, что из России. "Какой кошмар!", - ответил полицейский, и как говорят наши французские коллеги, "просто открыл калитку". 

    Просто "открыть калитку" в свободный мир очень сложно. Для открывания такой калитки своим подопечным благотворительный фонд "Радуга" и Стимул расходуют все свои силы и возможности, но этих усилий не всегда хватает или хватает лишь для медленного пути с неизвестностью за горизонтом.

    Ну и наконец, о России. Мало желания выехать из страны. Мало вклеенной визы в паспорт или в проездной документ Международного Комитета Красного Креста. Если ты мигрант и находился в России больше положенного срока, просто так эта страна тебя не отпустит. Ты должен пройти еще несколько кругов ада, чтобы получить выездную визу или решение суда о неконтролируемом выдворении. Для городов федерального значения, к коим относится и Москва, часто не существует иного пути, кроме как помещение в ЦВСИГ и контролируемое выдворение силами судебных приставов.


    В последние месяцы в Департаменте по делам беженцев Главного управления внутренних дел в Москве практика работы с просителями убежища и форма отказа в предоставлении им убежища изменились.

    Теперь заявитель при первом посещении Департамента оставляет заявление с просьбой о переводчике, а затем ожидает звонка от переводчика и приглашения на собеседование. Переводчики не из этого департамента теперь запрещены. Ранее правозащитные организации (например, Комитет "Гражданское содействие") или юристы могли привлекать своих переводчиков. Например, адвокат Стимула г-н Рыжов приехал с двумя беженцами из Судана в департамент в конце августа 2018 года, но в течение почти месяца они так и не были вызваны на собеседование. За это время их визы истекли, и теперь их пребывание на территории Российской Федерации является незаконным.

    В то же время штат переводчиков в департаменте ограничен, например, один переводчик занят переводом интервью одного заявителя. Опрос проводится в течение нескольких часов, только до обеда. Поэтому другие люди, ожидающие своей очереди, не могут подать заявление о предоставлении убежища, они напрасно ждут и вынуждены вновь придти на следующий день.

    Кроме того, изменилась практика повторного обращения за получением статуса беженца или временного убежища. В законодательстве нет ограничений на повторную подачу таких заявлений. Фактически, после получения отказа, заявители могут снова подать заявление в отдел, и эту процедуру можно повторить. Таким образом, они могли оставаться в России длительные периоды, иногда годы. Теперь практика изменилась. Департамент начал отказывать в приеме таких заявлений, сотрудники департамента заявили, что по новому заявлению человек должен покинуть страну и снова въехать в Россию, и только после этого подавать заявление во второй раз. В Законе о беженцах или в Административном регламенте, регламентирующем порядок подачи заявлений, нет нововведений, позволяющих отказаться от принятия второго ходатайства о предоставлении временного убежища.

    Кроме того, в личном разговоре сотрудник департамента сообщил юристу Стимула, что в ближайшее время планируется немедленно помещать заявителя после отказа в предоставлении убежища в Центр временного содержания иностранных граждан (по сути - тюрьма), чтобы он/она не избежали обязательства покинуть Российскую Федерацию.

    Положения Федерального закона № 4528-I от 19 февраля 1993 г. «О беженцах» и Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации о предоставлении государственной услуги по рассмотрению заявлений о признании беженцем на территории Российской Федерации и заявления о предоставлении временного убежища на территории Российской Федерации, утвержденные приказом МВД России от 07.11.2017 г. N 838), предусматривают безусловное право любого физического лица обращаться в миграционные службы с заявлением о предоставлении статуса беженца или получении временного убежища. Чтобы подать  соответствующее заявление, требуется только паспорт, перевод паспорта, заверенный нотариусом, и две фотографии. Там нет никаких дополнительных условий или препятствий. Однако, на самом деле, лица, ищущие убежища, сталкиваются с рядом препятствий, которые просто невозможно преодолеть, в Департаменте по делам беженцев, временного убежища и вынужденных переселенцев.

    Основными нарушениями, с которыми сталкиваются лица, ищущие убежища, являются:

    1) Отказ в регистрации нового заявителя  из-за «загруженности» или невозможности зарегистрироваться в определенный день. Если человек пришел без адвоката, он просто поворачивается и должен уйти. Он/она не информируется о другой возможной дате обращения. Следует помнить, что эти граждане часто находятся на территории Российской Федерации нелегально, и каждый дополнительный день, проведенный в Москве без законных оснований, увеличивает их шансы на задержание и высылку в страну, где им грозит репрессия или тюремное заключение.

    2) Отказ от собеседования на получение статуса беженца, замена процедуры ходатайством о предоставлении временного убежища. В законе предусмотрены две параллельные юридические процедуры: лицо, ищущее убежища, имеет возможность подать заявление на получение статуса беженца и временного убежища. Заявители Стимула выразили недвусмысленное желание подать документы специально для получения статуса беженца, но им всячески препятствовали, они анкетировались только для временного убежища, хотя это иная процедура.

    3) Отказ в приеме юриста. Снова и снова они отказываются сопровождать наших клиентов для опроса и подачи документов, несмотря на то, что юрист приходит в департамент с нотариально заверенной доверенностью, чтобы представлять интересы своих клиентов во всех государственных органах и судах, а также с письменным запросом заявителей о допуске адвоката.

    4) Отказ в приеме переводчика. Периодически адвокат приводит в отдел дипломированного переводчика с того или иного языка, так как в отделе нет государственного переводчика. Иногда переводчик допускается, а иногда нет, ссылаясь на его «тенденциозность» и «предвзятость». Однако сотрудники департамента не предоставляют своего официального переводчика, они тянут неделями, но звонков для опроса заявителей нет.

    5) Отказ в приеме из-за отсутствия временной регистрации или иных документов, не предусмотренных законом.

    6) Отказ в приеме заявления о предоставлении статуса беженца из-за «отсутствия доказательств». Хотя закон запрещает это, во время первоначальной регистрации лица в книге граждан, обратившихся к сотрудникам департамента, те начинают требовать доказательства угроз в связи с возвращением заявителей на родину. Согласно закону, существует три месяца после первоначального собеседования для сбора и предоставления доказательств. Тем не менее, сотрудники отдела пытаются сразу же отказать человеку, когда он/она обращается с заявлением.

    7) Оскорбительное, грубое и дискриминационное поведение сотрудников департамента при опросе просителей об убежище.

    Таким образом, вышеупомянутые обстоятельства позволяют сделать неутешительный вывод о том, что работа в департаменте с беженцами является некорректной. Сотрудники департамента обращаются грубо с иностранными гражданами, которые выразили законное желание получить статус беженца, используя оскорбительные и дискриминационные выражения. Несмотря на то, что в законодательстве предусмотрены нормы о безусловном праве любого лица подавать ходатайство о предоставлении статуса беженца, процессуальные гарантии такого лица на юридическую помощь, помощь переводчика, такая возможность для лиц, обращающихся за защитой и в уязвимом состоянии, постоянно, под разными предлогами, нарушается. Заявителей заставляют каждый день, каждую неделю занимать очередь, чтобы получить необоснованный отказ в элементарном и формальном приеме документов: из-за отсутствия регистрации временного проживания, из-за отсутствия каких-либо непонятных доказательств (хотя у заявителя есть три месяца по закону для предоставления доказательств, и это уже рассмотрение по существу), из-за отсутствия других официальных документов, не предусмотренных законом.

    В ходе своих официальных интервью почти все заявители Стимула предоставили подробные, последовательные и убедительные доказательства опасностей, с которыми они столкнутся, когда их заставят вернуться на родину. В частности, они указали нормы национальных законов, согласно которым однополые отношения преследуются уголовно (тюремное заключение, телесные наказания и даже смертная казнь). Они также описали личные обстоятельства, которые препятствовали возвращению в страны их происхождения (преследование со стороны семьи, мусульманской общины, частных лиц, совершенные гомофобные преступления и т.д.). Несмотря на доказательства, российские миграционные службы отказываются признавать этих ЛГБТ-беженцев беженцами с точки зрения Конвенции 1951 года и Закона Российской Федерации 1993 года. Суды считают такие отказы миграционных служб законными. После вступления в силу соответствующих судебных решений власти Российской Федерации будут иметь полное право высылать этих людей в свои страны, где они будут подвергаться обращению, запрещенному статьями 2 и 3 Европейской конвенции. 

    OutLoudmag.eu

    97
    iOnline.travel
    Получать новости
    Рубрики

    О проекте

    Контакты

    Напишите нам

    Социальные сети
    TwitterFacebook Вконтакте
    RSS канал
    Подписаться на rss канал сайта