Стимул: исследование потребностей ЛГБТ-людей
28.05.2015

Под прикрытием

    Под прикрытием: рассказ гомосексуальной учительницы о своей работе в школе


    Рассказ гомосексуальной учительницы
    о своей работе в школе


    Я никогда не думала, что буду снова работать учителем. Мне хватило года после окончания университета, но обстоятельства сложились так, что в начале этого года я вновь перешагнула порог среднего общеобразовательного учебного заведения. Меня взяли преподавать русский язык и литературу в одну из городских школ.

    Не знаю, как со стороны руководства, а с моей стороны это было отчасти спонтанное решение. В определенной степени подхлестнуло интервью уволенной накануне учительницы музыки. Недавно, как многие, наверняка, знают, суд состоялся, и иск девушки не удовлетворили. Поэтому мое трудоустройство было в какой-то степени рискованной затеей, ведь я точно так же могла бы быть уволена в любой день. 

    Вопрос только, по какой именно статье меня бы уволили?! На моей памяти был не один и даже не два учителя-гомосексуала. Это были прекрасные и талантливые педагоги, и никто, зная о том, что они гомосексуальны, не ставил под сомнение их профпригодность. Правда, это было в университете, но сути дела не меняет. 


    Реализация гейропейского плана

    Не секрет, что зарплата учителя без опыта работы, с маленькой ставкой, без классного руководства, без дополнительных часов едва достигает 20 тысяч рублей. Зато обязанностей выше крыши, как, впрочем, у любого педагога. Но если бы мне кто-нибудь из активистов-правозащитников, ратующих за сохранение традиционных ценностей и борющихся с гейропейской пропагандой, задал вопрос, зачем я пошла работать в школу, я бы умолчала об обстоятельствах и жизненных трудностях, а ответила бы так, как того ожидают. В духе НКВДшных допросов времен ежовщины.
    Мой ответ был бы таким: основная цель, которую я преследую, - это растление малолетних и приобщение (или и вовсе обращение, это кому как угодно) к сообществу сексуальных извращенцев. Особенно мне нравятся дети из среднего звена, в переходном возрасте, поскольку психика неокрепшая, подростки нервные и восприимчивые, противопоставляющие себя всему остальному миру.
     
    А еще я бы обязательно добавила, что за моей работой в школе стоит более грандиозный план, ведь именно педагогической деятельностью можно добиться не только развращения детских душ, но и даже морального падения Родины и подрыва ее духовных скреп. 

    Секрет успеха прост. Надо сделать так, чтобы дети тебя полюбили. А там уже во влюбленные сердца заколачивать основы ЛГБТ-мировоззрения. Если учесть, что уже на третьем уроке девочка в открытую призналась мне в любви, то можно считать, что цель достигнута на 99,9%. Помимо сердечек в тетрадях, чтения стихов на переменах, надписях на доске, я периодически получаю записки. Другие дети пока не столь смело выражают свои чувства, но на 14 февраля и 8 марта я получила кучу валентинок и открыток с признаниями. Не считая, конечно, цветов, конфет и прочих подарков. 

    Одной любви мало. Надо постоянно поддерживать тесные связи и добиться полного доверия. После уроков девчонки (бывает и так, что мальчики заглядывают) частенько заходят исправить плохие оценки и поговорить «за жизнь», просят советов, спрашивают, что делать, когда их не понимают родители, когда они никому не нужны, когда на них не обращают внимания мальчики, которые им нравятся – одним словом, приходят ко мне с кучей подростковых проблем. 

    Я ни в коем случае не берусь за роль школьного психолога, но считаю не вправе отказать в помощи ребенку, если он того просит. А есть и такие ученики, которые приходят не потому, что им тяжело, а потому что хотят хоть с кем-то поговорить. О музыке, о фильмах, которые они смотрят, о книгах, которые читают, о том, куда они ходят, с кем дружат. Ну и так, посплетничать о школьной жизни.

    Кстати, связи я поддерживаю не только с учениками этой школы. Мои бывшие ученики (те, кому я давала в свободное время частные уроки) вот-вот окончат 9 классы. На каникулах они приезжают сюда, и у нас есть возможность пообщаться. На примере этих детей можно с уверенностью заявить об успешно проведенной операции. Моя ученица за чашечкой кофе рассказала, что у нее появился друг-гей, что она активно поддерживает его и вообще всех таких, как он, ну и вообще восторгается теми, кто не боится заявить о своей гомосексуальности. Спрашиваю осторожно, а что говорят на это ее родители? Отвечает, что папа за такие слова и за таких друзей голову оторвет, а мама, наверное, в церковь молиться пойдет. 


    Геи великой русской литературы

    Современные дети не знают, кто такой коллежский асессор, не понимают, что такое крепостное право, зачем были сосланы в Сибирь декабристы, не слышали о репрессиях, не учат историю и практически не читают. Шок вызывает, когда на вопросы о блокаде, никто не может дать вразумительного ответа, зато в «жизненных» вопросах они дадут фору любому. Иногда уроки литературы превращаются в уроки сексуального просвещения.

    Разбираемся с творчеством В. Маяковского. Битый час объясняю, откуда и почему у поэта такие непонятные слова, отчего такие стихи, что такое футуризм. При названии литературного течения последняя парта значительно оживает и орет во все горло, рифмуя: футуризм - онанизм! В краску вогнать не удалось, поправляю юмориста, советую в случае острой необходимости обратиться к специалисту и рассказываю дальше. 

    Пытаемся проанализировать стихотворение «Хорошее отношение к лошадям». Читают по слогам, не могут объяснить смысл фразы «Деточка, все мы немножко лошади, каждый из нас по-своему лошадь», зато особо талантливые пытаются навязать Маяковскому зоофилию.
     
    Я уже не стану трогать несчастную Марину Цветаеву, Клюева и Есенина с Мариенгофом. Приведу пример из классической школьной прозы. 

    Чтение такого отрывка и ему подобных на несколько минут способно пошатнуть психику любого ребенка. 

    - Владимир Андреевич наш молодой барин, - сказал голос из толпы.
    -Кто там смел рот разинуть, - сказал грозно исправник, - какой барин,
    какой Владимир Андреевич, - барин ваш Кирила Петрович Троекуров – слышите ли, олухи.
     - Как не так, - сказал тот же голос.
     - Да это бунт! - кричал исправник. - Гей, староста сюда!
    Староста выступил вперед.
    А.С. Пушкин «Дубровский»

    А вот современная литература. Анализируем поступки главных героев, в финале читаем следующее:

    «Ничто на свете не было ему милее этого бледного, испуганного и страдающего лица. Робкая, влюбленная улыбка светилась в глазах Яшки, с нежностью смотрел он на Володю». 
    Ю.П. Казаков «Тихое утро»

    Класс сначала молчит, потом парни начинают гоготать и рассуждать о том, что основная проблема рассказа – это геи. Девчонки вообще, как правило, тихие, только краснеют, когда их одноклассники ведут себя подобным образом. После молодые люди и вовсе ударяются в политику и говорят про Украину и фашизм. Терплю, потом спрашиваю, откуда такие мысли? Впрочем, ответ более чем очевиден: родители и телевизор. 

    Хотела поднять тему на родительском собрании, но посмотрев на взрослых, передумала. И вообще поймала себя на мысли, что стала всего бояться, как пришла в школу. Недавно парочка хорошистов-отличников закрыла в мужском туалете техничку, выключила свет и орала у двери какие-то мерзости. Мальчиков отвели к завучу, где они сделали круглые глаза и сказали, что просто пошутить хотели. Я не хочу, чтобы надо мной так пошутили.


    Don't ask, don't tell

    Я, правда, стала бояться. Если на всех предыдущих местах работы я особо не скрывала свою ориентацию, то здесь мне пришлось просто закрыть рот и даже не думать о том, чтобы открыто сказать: я лесбиянка. Закон о гей-пропаганде автоматически поставил нас, учителей ЛГБТ-комьюнити, в то положение, когда твое мнение – ноль. Тебя не спрашивают, и ты не говори.

    Мне приходится ходить с ярлыком старой девы, которую никто не берет замуж. Первый вопрос, который мне задали в дружном женском коллективе, был, замужем ли я? Далее последовало: «А дети есть?» Оба ответа были отрицательные, и нашлись те, кто стал мне сочувствовать и давать советы: «Ну, ты что, время-то идет, кто потом тебя возьмет-то старую?! Бери быстрее мужика и тащи в ЗАГС, да смотри, чтобы был местный, с пропиской».

    В другой ситуации я бы, скорее всего, послала доброжелателей подальше, но тут пришлось промолчать. Ответить, что у меня все в порядке с личной жизнью, что мы счастливы, что у нас прекрасные друзья, что нас поддерживают наши родные, а это, согласитесь, очень важно, я не смогла! 

    Вот и приходится жить по правилам, действовавшим когда-то в американской армии. Мне приходится молчать, чтобы работать, пусть и под прикрытием, чтобы не быть подверженной позорному изгнанию, чтобы не извиняться за свое право любить и быть любимой. Мне стыдно, честно. Стыдно из-за своей трусости, Страшно, потому что это безысходность. Борьба с системой бесполезна. А масштаб трагедии, которая может произойти в случае твоего камин-аута, невозможно просчитать. 

    Моя близкая подруга работает учителем немецкого языка. Ее девушка учится в университете. На вопрос, что она будет делать, если вдруг ее личная жизнь станет предметом общественного достояния, что автоматически подведет ее под статью, она отвечает: «Не знаю. Я стараюсь об этом не думать». 

    Анна Шерер

    3608
    iOnline.travel
    Получать новости
    Рубрики

    О проекте

    Контакты

    Напишите нам

    Социальные сети
    TwitterFacebook Вконтакте
    RSS канал
    Подписаться на rss канал сайта